ЗАБЛУЖДЕНИЕ — несоответствующее, неправильное, одностороннее отражение предметов, явлений в сознании человека, в отличие от истины (см.), которая является адекватным, т. е. соответствующим, тождественным отражением предметов, явлений объективной действительности, воспроизводящим предмет в сознании таким, каков он есть на самом деле. Заблуждение нельзя отождествлять с ложью, т. е. с намеренным, сознательным извращением, искажением подлинного положения вещей. Заблуждающийся человек нередко искренне верит в то, что он близок к истине.
Проблема заблуждения, причин и условий его появления издавна интересовала людей. Античные философы источник заблуждения видели в несовершенстве чувственной ступени познания, в несовершенстве познавательных способностей человека. В новое время английский философ Фр. Бэкон источник заблуждений искал в ложных идеях, которые он называл «призраками», или «идолами». Призраки рода вводят в заблуждение, так как примешивают к природе вещей общую природу человека. Призраки пещеры искажают знание, так как накладывают на знание индивидуальные особенности каждого человека. Призраки рынка ведут к заблуждению, так как люди пользуются неверным истолкованием слов. Призраки театра — это ложные учения, завлекающие людей, подобно пышным представлениям. Избавиться от этих источников заблуждений можно, по Бэкону, только в результате обращения к опыту и к такому методу познания, как индукция. Немецкий философ Лейбниц говорил о таких четырех причинах заблуждений, как недостаток доказательств, недостаточное умение пользоваться ими, отсутствие желания пользоваться ими и неверные правила вероятности. Кроме того, серьезным источником заблуждений, по его мнению, является вера в авторитеты, а также страсти. Английские философы Гоббс и Локк источник заблуждений видели в нарушении логических правил образования суждений. Кант объяснял причину заблуждений нравственным несовершенством, присущим природе человека. Ближе всего в домарксистской философии к правильному пониманию природы заблуждения стоял Гегель. Заблуждение, говорил он, есть момент в развитии истины. Заблуждение односторонне отображает истинное положение вещей, но через него познание идет к истине. Гегель отличал заблуждение от случайных ошибок.
Марксистско-ленинская философия рассматривает заблуждение как результат ограниченности практики или неправильного ее понимания, что ведет к одностороннему отражению объективной действительности. Заблуждение может быть результатом как поспешных, непродуманных выводов, так и субъективных взглядов и предубеждений и т. п.
Часто заблуждение бывает результатом плохого знания положения дел в исследуемой области. «Заблуждение г-на Прудона,— пишет К. Маркс,— происходит от того, что он принимает за следствие то, что в лучшем случае есть не более как необоснованное предположение» [625, стр. 88]. Заблуждением К. Маркс назвал идеал Смита и Рикардо, будто единичный и обособленный охотник и рыболов — не результат истории, а ее исходный пункт. «Это заблуждение,— пишет Маркс,— было до сих пор свойственно каждой новой
эпохе. Стюарт [английский экономист, один из видных теоретиков меркантелизма.—? Ред.]. который во многих отношениях... больше стоит на исторической почве, избежал этого заблуждения» [691, стр. 710].
Причиной заблуждения может быть даже то или иное неправильно истолкованное слово. Так, напр., пишет К. Маркс в «Теориях прибавочной стоимости»: «слово перепроизводство само по себе вводит в заблуждение. До тех пор, пока не удовлетворены самые насущные потребности значительной части общества или хотя бы только самые непосредственные ее потребности, разумеется, абсолютно не может быть речи о перепроизводстве продуктов —• в том смысле, что масса продуктов была бы избыточна по сравнению с потребностью в них. Наоборот, следует сказать, что на основе капиталистического производства в этом смысле постоянно имеется недопроизводство... Но перепроизводство продуктов и перепроизводство товаров — две совершенно различные вещи» [771, стр. 586].
Взаимосвязь истины и заблуждения сложна и противоречива. Нередко заблуждение вызывается тем, что исследователь применяет ограниченные средства п приемы познания, но если в процессе дальнейшего изучения он овладеет более совершенными приемами, то заблуждение начнет устраняться и шаг за шагом будет раскрываться истина. В свою очередь найденная истина с ростом знаний, в силу того, что всякая истина есть истина относительная, что она есть ступенька' к истине абсолютной,— и эта истина станет заблуждением, поскольку вскрыта более глубокая, более адекватная истина.
История человеческого познания дает примеры того, как успехи науки открывают путь не только к новым Достижениям, но одновременно и к заблуждениям. Когда в математику, говорит Энгельс, были введены переменные величины и когда их изменяемость была распространена до бесконечно малого и бесконечно большого, тогда математика «вкусила от яблока познания, и это открыло ей путь к гигантским успехам, но вместе с тем и к заблуждениям» [22, стр. 89]. Проанализировав ряд таких ситуаций, Энгельс приходит к выводу, что истина и заблуждение «подобно всем логическим категориям, движущимся в полярных противоположностях, имеют абсолютное значение только в пределах чрезвычайно ограниченной области... А если мы попытаемся применять эту противоположность вне пределов указанной области как абсолютную, то мы уже совсем потерпим фиаско: оба полюса противоположности превратятся каждый в свою противоположность, т. е. истина станет заблуждением, заблуждение — истиной» [22, стр. 92].
Но в этой диалектической взаимосвязи истины и заблуждения на первом плане для исследователя должно быть, конечно, стремление к истине, пробивающей себе путь через массу возможных заблуждении. Дело в том, что истина, являющаяся адекватным отображением предмета, одна, а заблуждение многолико. Кроме того, известно, что в антагонистическом обшестве в области идеологии борьба истины и заблуждения носит классовый характер. Если заблуждение, напр., религиозные учения, в таком обществе способствует укреплению существующих в нем порядков, то господствующий класс стремится сделать это заблуждение непререкаемой истиной. Сегодня буржуазные и ревизионистские теоретики пытаются, напр., с помощью надуманных ими «моделей социализма», ввести в заблуждение рабочий класс и прогрессивные слои капиталистического общества и расшатать идейное и организационное единство международного коммунистического движения, мировой социалистической системы.
Известно, что все классы, за исключением рабочего класса, на разных этапах своего развития по-разному относятся к проблеме истины и заблуждения. Буржуазия, когда она боролась против пут феодализма, выступала с критикой многих заблуждений, распространенных в крепостническом общество, в том числе и против религиозпых предрассудков. Но когда она достигла своей цели — захвата политической власти, чем заканчиваются буржуазные революции, буржуазия в корне изменяет свое отношение к проблеме истины и заблуждение. Выло бы, конечно, примитивно сказать, что теперь буржуазия во всех областях знания поставила задачу распространения заблуждений и, следовательно, искажения истины. Общество, в котором осуществлялась бы такая политика, не просуществовало бы и трех дней. Чтобы производить материальные блага, надо обладать истиной, знанием законов природы и техникой организации производства. Поэтому буржуазия заинтересована в том, чтобы наемный работник владел некоторым минимумом истинных знаний в этой области. Но иное положение в идеологии и политике. Здесь буржуазия всегда была заинтересована в распространении среди народных масс предрассудков и заблуждений. Это ой нужно для того, чтобы скрыть эксплуататорский характер капиталистического строя.
Только рабочий класс, трудовое крестьянство и прогрессивная интеллигенция, идеалом которых является построение бесклассового коммунистического общества, кровно заинтересованы в истинном познании закономерностей природы и общества и в преодолении заблуждения и предрассудков. Путом преодоления заблуждений являются революционно-преобразующая практика и научное познание. См. [316, стр. 164—167].
В праве [1846] заблуждением называется неправильное представление о действительности, возникшее в результате незнания определенных обстоятельств либо ошибочного предположения о их наличии и порождающее юридические последствия.