ЧИЧЕРИН Борис Николаевич (1823—1903) — русский философ права, объективный идеалист-гегельянец, историк и логик. Считал, что логика есть первая и основная наука, которая дает законы всем остальным наукам. Подвергнув критике логические труды Милля, Бэна, Тренделенбурга, Зигварта и Вундта, он пытался разработать новую логику, основанную на таких четырех началах, как соединение и разделение, единое и многое.
Законы логики, по его мнению, не добываются путем наблюдения, а создаются непосредственно разумом. Их можно вывести a posteriori, но можно, по его мнению, вывести и a priori «из понятия о разуме, как деятельной силе, как оно определялось в учении о способностях. Последний вывод есть чисто-рациональный, он должен быть положен в основание; первый же служит подтверждением» [394, стр. 145].
Сами формально-логические законы Б. Н. Чичерин формулирует в духе традиционной логики. При этом предупреждает о возможном со стороны противников формальной логики метафизическом истолковании этих законов. Так, о законе тождества он пишет, что
данный закон «выражает не просто повторение, или чистое тождество с собою, но тождество в различии...» [394, стр. 148]. Но в то же время сам он переоценивает роль законов формальной логики, когда, напр., заявляет, что «на законе противоречия основано сообщение движения в пространстве. Оно возникает из того начала, что две разные вещи не могут быть одновременно в одном и том же месте» [394, стр. 152]. Высказав однажды мысль: «истинно то, что соответствует действительности» [394, стр. 321], Чичерин все же признает, что дух есть «движущее начало развития» [394, стр. 344]. В заключение своего основного труда по логике он открыто встает на религиозные позиции, заявляя, что «...разум, как мерило, дает только отвлеченно-логические определения; одна только религия полноту истины и бытия».

ОБЪЕКТИВНАЯ ИСТИНА — такое содержание наших знаний, которое соответствует действительности, объективному миру и не зависит от воли и желаний познающего субъекта. Напр., объективной истиной является утверждение науки, что Земля существовала до человечества, что народ — творец истории и т. п. «Быть материалистом,— говорил В. И. Ленин,— значит признавать объективную истину, открываемую нам органами чувств. Признавать объективную истину, значит так или иначе признавать абсолютную истину» [15, стр. 134—135]. Но многие идеалисты XX в. пытаются утверждать, будто истина субъективна, т. е. зависит от произвола людей. Это логически вытекает из их утверждений о том, что вещи, предметы, явления — всего лишь знаки, символы, которые создаются самим человеком и которые не отражают самих вещей, предметов, явлений. А раз вещи, предметы — это совокупности наших ощущений, то и истина — это соответствие мыслей другим мыслям, а не объективным предметам. Этот антинаучный взгляд опровергнут диалектическим материализмом на основе достижений науки и практики. Истинно то знание, которое верно отражает объективную действительность.

КАНТОР (Cantor) Георг (1845—1918) — выдающийся немецкий математик и философ-идеалист. Родился в Петербурге. С 1872 — профессор Гальского университета. Кантор —основоположник теории множеств (см.), внесший -.огромный вклад :ie развитие., теории трансфинитньга чисел. Им сформулировано понятие мощности множества (см.), найдены принципы сравнения множеств. Он указал на то, что множество всех целых чисел, множество всех рациональных чисел и множество всех алгебраических чисел имеют одинаковую мощность и потому между ними можно установить взаимно-однозначные соответствия (см.). Кантор заметил, что мощность континуума (см.) действительных чисел больше мощности счетного множества (см.). Он сформулировал взволновавшую математиков и логиков проблему: существует ли множество, более мощное, чем множество всех целых чисел, но менее мощное, чем множество всех действительных чисел. Разработанная им теория множеств явилась революцией в математике. Она оказала огромное влияние на развитие математической науки. Не случайно современный крупнейший специалист математической логики — С. Клини говорит, что некоторые идеи и методы, которые в дальнейшем окажутся основными, встречались в теории Кантора в их первоначальной и простейшей форме. Когда около 1900 г. в его теории множеств были обнаружены парадоксы (см.), в математике появились новые истолкования множеств. Так, интуиционисты (см. Интуиционизм) отказались от канторовокого понимания бесконечности как актуальной бесконечности и заменили это понятие понятием потенциальной, становящейся бесконечности. Причем один из первых парадоксов — парадокс, возникший в связи с определением понятия мощности множеств всех множеств,— был открыт самим Кантором. В 1897 г. Кантор прекратил свои выступления на научном поприще.

ЯНОВСКАЯ Софья Александровна (1896—1966) — советский ученый в области истории, методологии, философии математики и математической логики, доктор физико-математических наук (с 1935 г.), профессор кафедры математической логики механико-математического факультета МГУ, в котором трудилась с 1925 г. до своей кончины. Она была одним из пионеров, утверждавших в нашей стране математическую логику, редактором перевода, комментатором и автором вступительной статьи к первой опубликованной в нашей стране в 1947 г. монографии по математической логике «Основы теоретической логики» Д. Гильберта и В. Ак-кермана. В 1948 г. в ее переводе и с ее предисловием вышла в свет книга А. Тарского «Введение в логику и методологию дедуктивных наук». Появившаяся в 1961 г. в наших магазинах и библиотеках книга Р. Л. Гудстейна «Математическая логика» также была снабжена предисловием С. А. Яновской. С. А. Яновская явилась инициатором издания и таких книг, как «Введение в математику» С. К. Клини (1957), и «Введение в математическую логику» А. Чёрча (1960). Большую роль в развитии математической логики в нашей стране сыграли статьи С. А. Яновской «Основания математики и математическая логика» (в сб. «Математика в СССР за тридцать лет») и «Математическая логика и основания математики» (в сб. «Математика в СССР за сорок лет»).
Задача математической логики, по С. Я. Яновской, состоит в том, чтобы сделать логику точной наукой, применяя к ней методы математики. Необходимо, писала она, «пользуясь уже разработанными средствами математики, уточнять понятия и методы логики, чтобы при их помощи решать более трудные задачи математики и логики и логику средствами математики (в которой логика играет столь большую роль» [8, стр. 5—6]. Большое значение С. А. Яновская придавала систематизации, разработке и решению философских вопросов математической логики. Нашим философам, писала она, «нельзя уклоняться от необходимости готовить кадры таких специалистов, которые могут квалифицированно, т. е. на основе специальной работы над вопросами математической логики, разобраться в этой проблематике с точки зрения диалектического
материализма» [8. стр. 3—4]. Такими вопросами она считала соотношение математики и логики, характер существования тех или иных абстрактных объектов математики, выбор систем аксиом для различных логических исчислений (классическая и конструктивная логики, многозначные и модальные логики, комбинаторная логика и многие другие), «решение» (или исключение) антиномий (парадоксов) логического или семантического характера и др. Ею исследованы проблемы определения через абстракцию, способы преодоления с позиций диалектического материализма номиналистических и реалистических (платонистских) взглядов на универсалии и другие вопросы логики, имеющие важное мировоззренческое значение. За долгие годы своей плодотворной педагогической деятельности С. А. Яновская воспитала много научных работников в области логики и методологии математики.

ЯЗЫК — «важнейшее средство человеческого общения...» (Ленин) [1036, стр. 258], орудие, при помощи которого люди обмениваются мыслями и добиваются взаимного понимания. Язык возникает в процессе развития общественного производства материальных благ. «Язык так же древен,— писали К. Маркс и Ф. Энгельс, как и сознание; язык есть практическое, существующее и для других людей и лишь тем самым существующее также и для меня самого, действительное сознание, и, подобно сознанию, язык возникает лишь из потребности, из настоятельной необходимости общения с другими людьми» [157, стр. 29].
Язык — это звуковая материальная оболочка мысли. Мышление развивается и может развиваться только на базе языкового материала. Без языка невозможно само мышление, невозможно его появление. Вне языка невозможна обобщающая деятельность мышления. Всякая попытка отрывать мышление от звукового языка ведет к идеализму. Но язык — не только средство, при помощи которого люди общаются, передают социальную информацию, обмениваются мыслями, регистрируют и закрепляют в словах результаты мышления, а и средство формирования человеческой мысли. «Сначала труд, а затем и вместе с ним членораздельная речь,— говорит Ф. Энгельс,— явились двумя самыми главными стимулами, под влиянием которых мозг обезьяны постепенно превратился в человеческий мозг...» [16, стр. 490].
Но будучи в единстве, язык и мышление нетождественны. Язык, как мы уже сказали,— материальная оболочка мысли. Слова и сочетания слов, являющиеся единицами языка, выступают в виде движущихся материальных слоев воздуха, в виде звуков. Мышление же, являясь свойством особым образом организованной материи, т. е. в конечном счете определяемым материей, выступает в идеальной форме — в виде суждений, понятий, умозаключений, которые не имеют ни грамма материи, им не присущи масса, протяженность, запах, вкус и т. п.
Основу языка, сущность его специфики составляют грамматический строй языка и его основной словарный фонд, являющийся совокупностью и системой всех слов, имеющихся в языке того или иного народа. Этот фонд все время пополняется и изменяется. Изданные словари никогда полностью словарный состав языка не отображают. Так, в «Словаре русского языка» С. И. Ожегова, изданном в 1961 г., собрано 53 000 слов, но уже в «Толковом словаре живого великорусского языка», составленном В. И. Далем, содержалось более 200 000 слов. Причем и эта цифра не может считаться адекватной количеству слов русского языка. Но активный словарный состав, которым пользуются отдельный
люди, конечно, значительно меньше и колеблется в пределах 6000—9000 слов. Правила грамматического построения одного языка отличаются от грамматического построения других языков. Но грамматические правила и категории, специфические для каждого языка, находятся в теснейшей связи с общечеловеческими логическими правилами и категориями, зафиксированными в языках.
По своей природе понятный для всех людей язык — явление общенародное, а не классовое. Им пользуются все члены данного общества независимо от их принадлежности к тем или иным, даже непримиримо противоположным классам. Единство языка, говорил В. И. Ленин, «есть одно из важнейших условий действительно свободного и широкого, соответствующего современному капитализму, торгового оборота, свободной и широкой группировки населения по всем отдельным классам, наконец — условие тесной связи рынка со всяким и каждым хозяином или хозяйчиком, продавцом и покупателем» [1622, стр. 258—259]. Без языка, понятного для всех членов общества, общество прекращает производство, распадается и перестает существовать.
Будучи орудием общения, язык вместе с тем является орудием борьбы и развития общества. Экономическая основа всех национальных движений эпохи окончательной победы капитализма над феодализмом состояла в том, заметил В. И. Ленин, что «для полной победы товарного производства необходимо завоевание внутреннего рынка буржуазией, необходимо государственное сплочение территорий с населением, говорящим на одном языке, при устранении всяких препятствий развитию этого языка и закреплению его в литературе» [1622, стр. 258].
В данном случае мы говорим о языке естественном как форме выражения мыслей и средстве общения между людьми. Но существуют и искусственные языки, изобретенные людьми, как, напр., символический язык математической логики (см.). Словарь такого языка задается тем, что выписываются единые символы, которые называются исходными и предполагаются неделимыми. Составленная из исходных символов конечная последовательность называется формулой. Из числа всех формул по определенным правилам выделяются правильно построенные формулы, часть которых объявляется аксиомами. После того как установлены аксиомы, разрабатываются исходные правила вывода, или правила преобразования, по которым из правильно построенных формул как из посылок непосредственно выводятся заключения. Создавая свой язык, математическая логика стремится к возможно большей точности. Это достигается тем, что в основу ее языка кладутся устойчивые, однозначные символы, которые имеют вид наглядно воспринимаемых знаков.

ЭПИКУР (341—270 до н. э.) — греческий философ-материалист и атеист. Историки логики предполагают, что он написал до 300 сочинений, от которых до нас дошли лишь фрагменты. Об отдельных идеях эпикурейского учения можно узнать по книгам Диогена Лаэрция и Лукреция Кара. Так, Диоген Лаэрций сообщает, что Эпикур написал сочинение под названием «Канон», в котором рассматривает вопросы теории познания и логики. К сожалению, оно не дошло до наших дней.
На первом месте в философии Эпикур ставил канонику — теорию познания и логику; вторая часть — физика, третья — этика. В теории познания он стоял на позициях сенсуализма (см.). Никаких врожденных идей нет. Источник знаний — ощущения, которые возникают под воздействием непрерывного потока тонких слоев атомов, мельчайших частиц («идолов»), исходящего от вещей реального мира. Ощущения не могут обманывать, так как они являются естественным продуктом материального процесса. Ошибка возможна лишь в умозаключениях, возникающих на основе данных, полученных в ощущении. Искажения возможны и тогда, когда атомы, отделяющиеся от вещей, во время своего пути к органам чувств под каким-либо воздей* ствием меняют первоначальный строй, как бы перепутываются меж собой. Но если вновь обратиться к показаниям ощущений, то можно убедиться в истинности или ложности умозаключения. Напр., предположение о прочности какой-либо вещи подтверждается вторичной проверкой ее на изгиб, сжатие и т. п. Если же этого недостаточно, то надо сопоставить вывод умозаключения с природными родовыми понятиями («пролеп-сис»), которые образуются естественным путем у всех людей на основе обобщения сходных единичных восприятий внешних предметов. Эти понятия всегда и у всех людей истинны и потому могут служить критерием истинности умозаключения.
В логике Эпикура, по мнению А. О. Маковельского [528, стр. 196], рассматривался закон тождества. Понятия должны строго фиксироваться в словах, которые должны отличаться определенностью и постоянством значений. Закон противоречия понимался им как законт запрещающий противоречить фактам чувственного опыта.
Будучи номиналистом, Эпикур признавал существование одних единичных вещей и отрицал существование общего в вещах. Поэтому в учении об умозаключениях он основное внимание уделяет не категорическому силлогизму, как это было у Аристотеля, а индукции и аналогии.

ЭМПИРИОКРИТИЦИЗМ (греч. empeiria — опыт, kritike — критика) — реакционное субъективно-идеалистическое философское направление, возглавлявшееся австрийским физиком и философом Э. Махом (1838— 1916) и швейцарским философом Р. Авенариусом (1843—1896). Эмпириокритики отрицают объективное существование материального мира и рассматривают вещи как «комплексы ощущений». Критика ими обычного понимания опыта сводится к тому, чтобы «очистить» его от понятий причинности, необходимости, материи, как «незаконно» привносимых в опыт. Эмпириокритицизм подвергнут критике В. И. Лениным в книге «Материализм и эмпириокритицизм». В. И. Ленин вскрыл реакционную социальную роль эмпириокритицизма, показал, что учение эмпириокритиков о принципиальной координации, согласно которому, объективный мир не может существовать без некоторого «я», есть субъективный идеализм. Ленин выступил и против метафизического отождествления ощущений со свойствами объектов и против агностического отрыва их. Эмпириокритицизм был разновидностью позитивизма. Эмпириокритиками были также И. Петцольдт, А. Богданов, В. Базаров и др.

ЭМПИРИЗМ (греч. empeiria — опыт) — философское учение, признающее чувственный опыт единственным источником наших представлений, идей, понятий, знаний. Эмпирики-идеалисты сводят опыт к совокупности наших ощущений, которые ничего реального не отображают. Эмпирики-материалисты считают, что чувственный опыт возможен только как результат воздействия реального мира вещей на органы чувств.
Марксистский философский материализм рассматривает учение эмпириков-материалистов о чувственном опыте как односторонне-механическое. В отличие от эмпириков-материалистов домарксовского периода, недооценивавших значения теоретического мышления, марксистский философский материализм учит, что познание начинается с чувственных ощущений, восприятий и представлений в процессе практической деятельности, но чувственные образы — это только начальная ступень познания. Познание существенного, закономерного в явлениях достигается на второй ступени, при помощи абстрактного мышления.
Процесс познания есть единство чувственной и логической ступеней незнания. «Мышление,— говорит Ленин,— восходя от конкретного к абстрактному, не отходит — если оно правильное... от истины, а подходит к ней. Абстракция материи, закона природы, абстракция стоимости и т. д., одним словом, все научные (правильные, серьезные, не вздорные) абстракции отражают природу глубже, вернее, полнее. От живого созерцания к абстрактному мышлению и от него к практике — таков диалектический путь познания истины, познания объективной реальности».

ЭКСПЕРИМЕНТ (лат. experimentum — проверка, проба, опыт) — научно поставленный опыт, целенаправленное изучение вызванного нами явления в точно учитываемых условиях, когда имеется возможность следить за ходом изменения явления, активно воздействовать на него с помощью целого комплекса разнообразных приборов и средств и воссоздавать это явление каждый раз, когда налицо те же самые условия и когда в этом есть необходимость. Такой эксперимент представляет собой непременную часть практической деятельности людей. В практику, которая, служит человечеству критерием наших знаний, Ленин рекомендовал включать также «практику астрономических наблюдений, открытий и т. д.» [15, стр. 143].
Эксперимент связан с наблюдением (см.), но не тождествен ему. Эксперимент более действенная форма научного исследования, позволяющая изучать не только то, что сразу бросается в глаза, а и то, что часто скрыто в глубине явления. «Физик,— пишет Маркс,— или наблюдает процессы природы там, где они проявляются в наиболее отчетливой форме... или же, если это возможно, производит эксперимент при условиях, обеспечивающих ход процесса в чистом виде» [13, стр. 6].
Дело в том, что эксперимент имеет ряд преимуществ перед наблюдением, а именно: 1) он дает возможность изучать свойства таких явлений, которые в природе в чистом виде не находятся; 2) посредством эксперимента можно произвести явление во всякое время, когда это бывает нужно для целей научного исследования; 3) эксперимент ставит исследуемое явление в условия, которые хорошо известны экспериментатору; эксперимент позволяет изолировать явление от разного рода усложняющих обстоятельств; в процессе эксперимента исследователь может вмешиваться в ход явления, вводить новые факторы, усложняющие или упрощающие течение исследуемого процесса; 4) в процессе эксперимента могут создаваться новые, искусственные предметы; 5) эксперимент строится на данных, полученных с помощью специальных инструментов и аппаратов.
Эксперимент поэтому более сильный метод изучения окружающего мира, чем наблюдение. Люди могли бы ожидать годами или столетиями, чтобы случайно встретить факты, которые легко теперь произвести экспериментально в лаборатории. Так, биологический эксперимент [1065, стр. 143] путем варьирования условий позволяет не только весьма точно определять характер детерминирующих воздействий на исследуемый процесс, но и ускорять или замедлять и тем самым делать доступными для изучения процессы, которые в естественном состоянии протекают либо крайне медленно, либо слишком быстро, чтобы их можно было в достаточной мере полно фиксировать с помощью простого наблюдения.
С развитием науки и производства эксперимент не только приобретает все большее значение в жизни общества, но и меняет свой характер. Если обычно с понятием «эксперимент» связывали школьно-лабораторный опыт, то современный научный эксперимент — это нечто более грандиозное. Так, в литературе [1060, стр. 116] указывают, напр., на следующие особенности современного физического эксперимента: 1) высокая техническая оснащенность и коллективный характер исследовательской работы; 2) создание в лаборатории условий для проявления качественно новых явлений и новых материальных объектов; 3) быстрый переход от чисто исследовательской деятельности к производственной; 4) возрастание роли статистических методов обработки экспериментальных данных; 5)^ принципиальная необходимость учета взаимодействий исследуемого объекта с измерительными приборами; 6) все более широкое применение физических методов исследования в других естественных науках (биология, геология, химия, археология и др.).

«ЭКОНОМИИ МЫШЛЕНИЯ» ПРИНЦИП — антинаучное положение, выставленное субъективными идеалистами Э. Махом (1838—1916) и Р. Авенариусом (1843—1896), согласно которому истинность определяется не тем, насколько наши мысли соответствуют объективной действительности, а тем, насколько в процессе мышления «сэкономлено» времени и умственных затрат для познания исследуемого явления. Появление нового понятия означает, по их мнению, то, что оно заступило место старого понятия, которое для его образования требовало большей траты сил, а новое понятие «экономит» силы. Но это, по определению В. И. Ленина,— прямой путь в субъективный идеализм. ««Экономнее» всего «мыслить», что существуют только я и мои ощущения,— пишет В. И. Ленин,— это неоспоримо, раз мы вносим в гносеологию столь нелепое понятие» [15, стр. 176]. Примененный в естествознании принцип «экономии мышления» наносил огромный вред развитию науки, так как он поощрял субъективизм и произвол в оценке новых открытий. Это Ленин показал на примере решения обсуждавшейся тогда такой проблемы, как структура атома. ««Экономнее» ли «мыслить» атом неделимым или состоящим из положительных и отрицательных электронов?...» — спрашивает Ленин и отвечает: «Достаточно поставить вопрос, чтобы видеть нелепость, субъективизм применения здесь категории «экономии, мышления»» [15, стр. 176]. Мерилом истинности научной теории может быть, учит диалектический материализм, только практика. Мышление человека, замечает В. И. Ленин, «тогда «экономно», когда оно правильно отражает объективную истину, и критерием этой правильности служит практика, эксперимент, индустрия».